Существовал и запасной ключ, я даже знала, где он, но толку от этого знания было мало: ключ висел на связке, хранящейся в кармане моего отца где-то в мёртвых землях...
Я подумала: ну и ничего страшного, пойду и попрошу у мистера Лумиса ключ. Это, как ни крути, не только моя, но и его пшеница.
Я подошла к переднему входу в дом, остановилась на дороге и так и стояла на виду, как раньше. Реакция последовала не сразу; из трубы вился дымок — мистер Лумис, должно быть, возился с курицей на кухне. Прождав минут пять, я собралась с духом, ступила на веранду, постучала в дверь и тут же вернулась на исходную позицию. До меня донёсся лай Фаро, а ещё через минуту на веранде появился мистер Лумис. Я подозревала, он видел, как я направилась к трактору, и, значит, ожидал, что я приду сюда, просто опять притворялся.
— С возвращением! — весьма приветливо воскликнул он. — Какой приятный сюрприз! Должен поблагодарить тебя за курицу, я как раз жарю её. Не присоединишься?..
— Нет, спасибо, — отказалась я. — Уже пообедала.
— Жаль, жаль, — проговорил он. — У тебя осталась твоя половинка, верно? Но где же ты будешь её готовить?
Ага, вот что не давало ему покоя — где у меня очаг. Наверно, все глаза проглядел, высматривая дым или огонь. Я оставила вопрос без ответа.
— Я пришла, потому что не могу найти ключ от трактора.
— Ключ? — мягко удивился он. — Ах да, ключ... Я несколько раз ездил на тракторе по вечерам, просто чтобы попрактиковаться. Да ты, наверно, знаешь об этом? Так вот, я решил держать ключ в доме — так безопаснее.
Я сказала:
— Но он мне нужен. Я хотела подсыпать удобрения в пшеницу...
Мистер Лумис сделал пару шагов вперёд и уселся на ступеньку, как будто собирался поболтать о том о сём с проходящим мимо соседом. Я заметила, что хотя он и держался за перила, но сел без малейшего напряжения. Его ноги явно приходили в норму; о тросточке он уже и думать забыл.
— Мне необходимо поразмыслить об этом, — произнёс он. — Я ещё не решил, как поступить. — И вдруг его приветливая манера куда-то резко улетучилась. — Видишь ли, если ты и впредь будешь продолжать вести себя как дурочка, шляясь неизвестно где, тебе придётся обходиться без некоторых вещей.
— Но ведь пшеницу...
— Например, плита. Я полагаю, что ты бы не прочь забрать её, раз уж тебе пришлось столько с нею повозиться. Ну и, наверно, ты испытываешь нужду в прочем скарбе. Чем больше пройдёт времени, тем хуже тебе будет.
Тогда я ещё не понимала, что он имел в виду. Теперь понимаю.
Я сказала:
— Но это же была ваша идея — посеять пшеницу, и я согласилась, что это разумно. Вы ведь тоже заинтересованы в том, чтобы собрать урожай?
— Я сказал, что ещё не решил, как поступить. Подумаю, посмотрю, но не сейчас. У меня там курица — в твоей поваренной книге написано, что надо жарить пятнадцать минут на каждой стороне. Пора повернуть. — Он встал — опять-таки, без особых усилий. — Возможно, удобрение пшеницы я возьму на себя.
Он направился к двери, а на ходу прибавил:
— Ты молодец, что прихватила с собой не только бидон для молока, но и нож. А то чем бы ты разделывала курицу? — И захлопнул за собой дверь.
Я так и осталась стоять, вытаращив глаза — недоумевающая, сбитая с толку, словом, дура дурой. Сбитая с толку, потому что не знала, что же мне теперь делать; недоумевающая, потому что не могла понять, почему он не даёт мне пользоваться трактором. Ну а дура — потому что из его слов непреложно вытекало, какую грубую ошибку я совершила. Я-то восхищалась, как здорово всё придумала: взяла на пруд канистру, сбегала в пещеру и обратно — а потом возвратилась к дому с ножом и бидоном! Само собой, мистер Лумис видел, с чем я уходила и с чем вернулась, и понял, что я взяла эти вещи в том месте, где сейчас обитаю; и это место всего в каких-то нескольких минутах от пруда. Мне ещё повезло, что самого пруда из дома не видно; я не выдала себя полностью — лишь отчасти.
Самая большая забота — чем заняться? Все планы на вторую половину дня рухнули. Я вернулась к амбару и несколько минут посидела, притулившись к его задней стене, устремив глаза на пастбище и обдумывая своё положение. Зачем мистер Лумис забрал ключ? Неужели действительно собирается заняться удобрением сам? Ну а почему бы и нет, это ему по силам; с разбрасывателем управиться нетрудно.
В голову мне пришла новая мысль — простая и ясная. Он забрал ключ, потому что боялся, что я украду трактор. Чем дольше я думала, тем больше верила в это. В поведении мистера Лумиса явно прослеживалась одна и та же схема — как с костюмом, как с Фаро на привязи. У него что-то на уме, и для осуществления этой затеи необходим трактор; поэтому трактор теперь — ценность и поэтому доступ к нему мне закрыт.
Как выяснилось впоследствии, на этот раз я сделала верный вывод. Довольно скоро мне предстояло узнать, для чего ему понадобился трактор.
А пока, обречённая на безделье (обычно в это время я занималась всякой домашней работой, но сейчас мне это недоступно), я забрала свою пару яиц, половину курицы и нож и медленно двинулась по дороге в сторону магазина. Бидон с молоком остался у амбара; в четыре часа снова настанет время доить корову — вот и долью в него свежего молока.
Шагая по дороге, я всё время оглядывалась, нет ли слежки. Достигнув поворота — вернее, чуть зайдя за него — я остановилась и подождала: а вдруг мой недруг опять отправится на свой наблюдательный пункт в ту рощицу? Но он этого не сделал; правда, я была уверена, что он следил за мной из окна, пока я не скрылась из виду.
Мне были необходимы кое-какие вещи, поэтому я воспользовалась возможностью и запаслась в магазине сменой одежды (та, что на мне, требовала основательной стирки), мылом и консервами. Немного поразмыслив, прибавила к этому рыболовные крючки и леску. Мистер Клейн не торговал удочками и спиннинговыми катушками, а мои все были в доме; но я справлюсь и без них.
Сложив припасы в мешок, я стала раздумывать, идти ли мне к пещере коротким путём или длинным. Хотя мистер Лумис и не появился в рощице, пока я ждала, он мог прийти туда позже. В конечном итоге я избрала нечто среднее и прошла полмили в сторону горного прохода, всё время держа здание магазина между собой и возможным наблюдателем. Потом свернула налево, скрылась под деревьями и проделала обратный путь к пещере.
Я срезала длинный прут для удочки, накопала под упавшим стволом червей и отправилась на рыбалку. На ужин у меня будет курица, а на завтрак, если улыбнётся рыбацкое счастье — рыба.
Глава 22
4 августа (продолжение)
К четырём часам я поймала и почистила трёх среднего размера рыбок. С того места, где я сидела у пруда, мне было видно пшеничное поле — тёмно-зелёный участок, простирающийся в сторону южного прохода. Собственно, подкармливать пшеницу сегодня (или вообще когда-либо) было не так уж жизненно необходимо. Мы же не ставили себе задачу собрать значительный урожай, нам нужно только зерно для будущего посева, а уж его-то мы точно получим. Я нанизала рыбу на верёвочку и направилась в усадьбу. Полторы рыбёшки — долю мистера Лумиса — я положила на заднее крыльцо, надеясь, что он наблюдает за мной и подберёт их. Корова ждала, чтобы её подоили и задали корма, правда, надой был маленький, всего половина бидона — с каждым днём молоко убывало, но всё же это лучше, чем ничего, а ведь скоро оно кончится совсем. Я выгнала корову на пастбище, закрыла дверь хлева и, подхватив свой бидон, пошла к магазину — рабочий день завершился.
Добравшись до магазина, я стала раздумывать, каким путём идти дальше, но тут где-то вдалеке заработал двигатель трактора. Обычно мистер Лумис совершал свои тракторные прогулки ближе к вечеру, но сегодня, очевидно, решил прокатиться пораньше. Пару минут двигатель чихал на низких оборотах, а потом затарахтел ровно и мощно. Звук быстро усиливался. Мой преследователь гнал по дороге на полной скорости.
